6 сентября 2017 — Принятие санньясы Шрилой Прабхупадой

sannyasa-shrily-prabhupady

Шрила Прабхупада принимает санньясу // Бхактисиддханта Сарасвати // Господь Чайтанья 

Однажды ночью Абхаю приснился странный сон. Перед ним появился Шрила Бхактисиддханта и жестом позвал его за собой. Он просил Абхая оставить дом и принять санньясу. Абхай проснулся, сильно потрясенный увиденным. «Какой ужас!» — подумал он. Он понимал, что то был не обычный сон, но просьба Гуру казалась ему слишком трудновыполнимой и неестественной. Принять санньясу! По крайней мере, сейчас он не мог этого сделать. Сейчас он должен наладить свой бизнес и на вырученные деньги печатать книги. Он продолжал выполнять свои обязанности, но потрясение от этого сна долго не покидало его.

* * *

Ему снова снился тот же сон. Ему явился Шрила Бхактисиддханта Сарасвати. И вновь он подал Абхаю знак, что настало время принять санньясу. Но Абхайпо-прежнему не мог это исполнить. Он был домохозяином, и на нем лежала огромная ответственность. Принять санньясу значало оставить все. А ему приходилось зарабатывать деньги ведь теперь у него было пятеро детей. «Почему Гуру Махарадж просит меня принять санньясу?»  думал он. Пока это было невозможно.

* * *

Однажды ночью Абхаю приснился удивительный сон, тот самый, который он уже несколько раз видел, когда еще жил с семьей. Ему явился Шрила Бхактисиддханта Сарасвати. Абхай сразу же узнал его  высокого, ученого санньяси, который пришел прямо из духовного мира, из личного окружения Кришны. Он окликнул Абхая и жестом приказал следовать за ним. Затем снова назвал Абхая по имени и повторил свой жест. Он попросил Абхая принять санньясу. «Иди,  настаивал он  стань санньяси».

Абхай проснулся в изумлении. В этом приказе он увидел, как еще раз подтверждается наставление, которое Шрила Бхактисиддханта Сарасвати дал ему при первой их встрече в Калькутте; то наставление, которое он впоследствии подтвердил в письме: проповедуй на английском языке и распространи сознание Кришны по всему западному миру. Санньяса нужна была только для этого; иначе, зачем духовный учитель стал бы о ней просить? Абхай пришел к выводу, что духовный учитель говорит: «Время пришло, стань санньяси, и ты сможешь выполнить эту миссию. Раньше было не время».

Абхай тщательно все взвесил. Принимая санньясу, вайшнав посвящает свое тело, ум и речь лишь только служению Верховной Личности, Богу, отрешившись от всех прочих занятий. Это он уже и так сделал. Шрила Бхактисиддханта Сарасвати давал своим лучшим ученикам санньясу именно для того, чтобы они могли продолжать его миссию. Они с этим не справились. Проповедь на Западе, даже среди самых уважаемых санньяси Гаудия Матха, считалась делом рискованным. Как он, простой домохозяин, мог надеяться на успех там, где все остальные потерпели неудачу? Он колебался. Он чувствовал себя беспомощным и бесполезным, о чем и написал в своей «Вираха-аштаке». Но теперь духовный учитель сам поощрял его подняться над всеми этими соображениями и даже над присущим ему смирением. Его желание проповедовать, подобно духовному учителю, не изменилось, несмотря на одиночество и преклонный возраст. Он обладал огромной решимостью, хотя, возможно, внешне это было не так заметно.

Чтобы руководить проповедническим движением, человек должен стать санньяси  об этом говорила и Ведическая традиция, и пример предшествующих ачарий. Ради миссионерской деятельности принял санньясу Шрила Бхактисиддханта. Сам Господь Чайтанья, чтобы распространить движение санкиртаны, тоже стал санньяси. Конечно, Он был Верховной Личностью Бога, но его юные ученики проявили к Нему неуважение, посчитав обычным человеком. И тогда Он принял санньясу  ведь этот статус почитается в обществе. Господь все рассчитал точно. И стоило Ему начать странствовать по Индии, уже как санньяси, к движению санкиртаны сразу же примкнули тысячи последователей.

Зная, что в эпоху Кали найдется много обманщиков, которые будут рядиться в шафрановые одежды и позорить честь санньяси, Господь Чайтанья не советовал принимать санньясу. Он знал, что мошенники в обличии садху будут вести себя безнравственно, собирая деньги на всяческие удовольствия и привлекая множество последователей для повышения собственного престижа. Выдавая себя за свами, они будут дурачить людей. Люди в Кали-югу не в состоянии следовать строгим правилам санньясы, поэтому Господь Чайтанья рекомендовал им просто повторять Харе Кришна. Однако если кто-то действительно готов принять предписания этого ашрама  тем более, если это нужно для расширения движения санкиртаны, тогда санньяса необходима.

* * *

Утром 17 сентября 1959 года в комнате Божеств (пятнадцать на семь с половиной метров), на втором этаже Кешаваджи Матха, перед Божествами Радхи-Кришныи Господа Чайтаньи сидела группа преданных. На Божествах были яркие, по-царски роскошные одежды и серебряные короны. Ладонь правой руки Радхарани была обращена вперед в знак благословения; в опущенной левой руке Она держала цветок для Кришны. Кришна стоял в танцевальной позе, поставив правую ногу на носок перед левой, и изящно подносил к Своим алым губам длинную серебряную флейту. Его длинные черные волосы ниспадали на плечи, а гирлянда из бархатцев достигала колен. Справа от Него стояло Божество Господа Чайтаньи, правая рука которого была поднята вверх, а левая  слегка опущена вниз и в сторону. Он стоял прямо, соединив ноги вместе. Чайтанья был мягкого золотистого цвета, с большими глазами, алым ртом правильной формы и прямыми черными волосами до плеч. На ступеньку ниже Божеств стояли изображения духовных учителей ученической преемственности: Джаганнатхи даса Бабаджи, Бхактивиноды Тхакура, Гауракишоры даса Бабаджи, Бхактисиддханты Сарасвати и Бхактипрагьяна Кешавы Махараджа.

Абхай сидел на циновке из травы куша рядом с девяностолетним Санатаной, который тоже принимал санньясу в этот день. Сидящий напротив них Нараяна Махарадж, ученик Кешавы Махараджа, готовился провести церемонию, в которую входило чтение мантр и подношение огню зерна и гхи. Акинчана Кришнадаса Бабаджи, духовный брат Абхая, известный своим нежным, сладким пением, играл на мриданге и пел вайшнавские бхаджаны. Руководил церемонией Его Святейшество Кешава Махарадж, сидевший на возвышении. Поскольку о церемонии не было объявлено, и никого из гостей не пригласили, там присутствовали лишь несколько человек из матха.

Нараяна Махараджа пропел традиционные мантры, а затем Кешава Махарадж прочитал лекцию. После этого, ко всеобщему удивлению, Кешава Махараджа предоставил слово Абхаю, что было для того полной неожиданностью. Оглядев собравшихся преданных, он понял, что большинство из них говорит на хинди только Кешава Махарадж и еще двое-трое владели английским. Но он твердо знал, что говорить должен на английском.

После речи Абхая кандидаты получили санньяса-данду, традиционный посох длинною в человеческий рост, связанный из четырех бамбуковых палок и обернутый в шафрановую ткань. Им поднесли одежду санньяси: отрез шафрановой ткани для дхоти, еще один  для верхней половины тела, и две полосы ткани для нижнего белья. Кроме того, каждый из них получил бусы из туласи и санньяса-мантру. Кешава Махарадж сказал, что отныне Абхая будут звать Бхактиведантой Свами Махараджей, а Санатану  Муни Махараджей. После церемонии новые санньяси сфотографировались со своим санньяса-гуру, который сидел в кресле, тогда как они стояли по обе стороны от него.

Источник: Прабхупада Лиламрита // Сатсварупа дас Госвами